horizonty: (Default)
Thursday, March 23rd, 2017 19:16
Меня не взяли на работу в газету "Красная звезда". Правда, если быть точной, то не то что бы не взяли, просто собеседование закончилось, не успев начаться.

Когда я окончила институт и захотелось сменить работу в вузовской многотиражке на нечто более масшабное и денежное, друг отвел меня в "Красную звезду", потому что там работал выпускающим редактором его сосед. Я не помню, как его звали, но между собой мы называли его "Звездюк". Так вот, после бутылки коньяка знакомства, беседы и полного взаимопонимания в вопросах сотрудничества Звездюк сказал, что мне нужно будет еще пройти собеседование у высшего руководства. Назначили дату и время. Я приехала снова в редакцию, меня еще раз проинструктировали, пожелали удачи и…
В кабинете высшего руководства восседал типичный дундук в погонах. Из тех, судя по выражению лица, о ком сочинили анекдот про генеральский тетрис.
- Ну, - сказал он, - и кто вы? А, да, *такой-то* говорил. Резюме есть? Давайте.
Я протянула ему лист бумаги с резюме. Он углубился и долго смотрел в него. Даже сесть не предложил. Наконец поднял на меня рожу, сощурился, гадко улыбнулся и вкрадчиво спросил:
- Ну и когда вы, Елена Р<…>вна, в Москву приехали?
Поскольку в резюме было первой же строкой после ФИО черным по белому написано, что я в Москве родилась, мне все стало ясно: моя нерусская фамилия, свидетельствующая о кавказских корнях, не соответствует представлению Дундука о коренных жителях столицы. Я очень внимательно взглянула ему в глаза и отчеканила:
- Двадцать. Три. Года. Назад.
Развернулась на каблуках и вышла из кабинета.

Этим мой опыт общения с дундуками в погонах исчерпывается. С тех пор я вообще откровенно не люблю обладателей каких-либо погон.
Через три месяца я устроилась в туристический журнал, хозяином которого был тоже дундук, но без погон, и ему было плевать, какая у меня фамилия и где я родилась, а зарплату он платил раз в десять больше "краснозвездной". Но это уже история для другого флешмоба.

По иронии судьбы этот пост написан в день рождения того самого друга, который отвел меня в "Красную звезду".
horizonty: (Default)
Tuesday, February 14th, 2017 19:13
День влюбленных - не мой праздник: я не отношусь к таковым и вообще не люблю этого состояния, потому что ни фига оно не окрыляет и не воодушевляет, а, наоборот, вгоняет в уныние, связывает по рукам и ногам и приковывает все мысли к объекту, чем существенно ограничивает интеллектуальные способности. То есть попросту, отупляет (интересно, есть ли в природе еще такие моральные уроды, как я?)

Но лента напоминает, и я, перебирая мысленно события юности, в которой еще не знала, как дурно влияет на меня это странное чувство, добралась до первого свидания с первым молодым человеком. Он долго думал, - как потом признался, - куда меня пригласить. Потом долго не решался. Но решился. И таки пригласил...
Я, оказывается, хорошо помню тот день. Был ноябрь. Какая-то теплая, пасмурная, бесснежная хмарь. Мы встретились, сели в автобус и куда-то поехали по МКАД.
- Ну куда мы едем-то? Ну куда? Ну скажи! - допытывалась я.
- Это сюрприз, - мужественно молчал он.
Вышли мы минут через 40 возле кладбища. Потом минут 20 еще бродили по кладбищу. Когда я уже устала недоумевать молча и была готова делать это громко, он, наконец, остановился и развернул меня в нужном направлении. И я увидела то, ради чего.
Он привез меня на могилу Визбора. Я любила (и люблю) Визбора и других бардов, а в тот период вообще очень сильно ими увлекалась, поэтому приятно удивилась, а желание громко недоумевать подавилось как-то само. Мы постояли немного у памятника, парень мне что-то рассказал про Визбора, и мы двинулись прочь.
Но на свидание "до вечера", как мне было анонсировано, совсем не тянуло. "Это что, весь сюрприз?", - снова включилось недоумевание.
Оказалось, нет. Мы снова сели в автобус. Я чувствовала, что парень то ли нервничает, то ли стесняется. Когда мы опять приехали и вышли из автобуса, я поняла почему: он не знал, как я отреагирую, потому что притащил меня... на хоккейный матч.
Удивил так удивил.
Но я все-таки хорошо воспитана, и, видя его стеснение, сказала: нуачо, на первый раз даже интересно.
Он облегченно вздохнул, а я три часа мерзла и скучала. Собственно, его счастье, что это было первое свидание в моей жизни, а то бы был послан сразу при виде стадиона.
Прообщались мы затем года два с половиной, после чего эти отношения благополучно исчерпали себя.
horizonty: (Default)
Monday, November 9th, 2015 19:05
В связи с бесконечным воем в ленте (и вчера на работе) по поводу очередных картинок в журнальчике, опять кого-то там оскорбивших, почему-то вспомнилось из детства.
Было мне 14 лет, и отдыхали мы с родителями в городе Ейске Краснодарского края. Был 1987 год, как вы помните, самый разгар горбачевской антиалкогольной кампании. Бухла не достать, народ травит анекдоты про водку и сочиняет "Я уеду в Комарово, там не с двух, а с полвторого". И вот идем мы как-то с пляжа, а по дороге магазин. И как раз близятся два часа. И очередь. И оживление. Дают!
- Надо взять! - решил папа.
Папа почти не употреблял водку по назначению, а пользовался ею как валютой. За это его любили ейские знакомые и соседи. Его решение было непоколебимо. Он хотел отправить нас с мамой домой, но нам без папы идти не хотелось, и мы решили подождать на лавочке неподалеку. С этой лавочки я наблюдала за перемещением папы в очереди и фотографировала маму и близстоящие деревья. Я уже тогда активно пользовала папину "Смену 8М", свой первый фотоаппарат.
И вдруг мне пришло в голову сфотографировать очередь и папу в ней. Спряталась за кустами, подкралась поближе к очереди с папой - и давай щелкать. Мама осталась на лавке и ухохатывалась со стороны.
Отвлекло меня чье-то постукивание по плечу. Обернувшись, я увидела тощего поддатого дядьку в трениках с пузырями на коленях и застиранной майке.
- Извините, - очень интеллигентно и очень обеспокоенно произнес он, - вы случайно не из "Крокодила"?
- Нет, - удивилась я и тут же серьезно добавила: - я из "Вокруг смеха".
- Пожалуйста, - так же интеллигентно попросил дядька, - не показывайте нигде эти фотографии, ладно?
Я не успела пообещать, как боковым зрением увидела папу, покинувшего очередь и бегущего ко мне. Обеспокоенный дядька ретировался, а папа подбежал и стал внушать мне, что не нужно фотографировать людей в очереди за водкой, потому что люди могут испугаться, что я отправлю фотографии им на работу и их уволят, и вообще могут обидеться и побить меня, отобрать фотоаппарат.
- Да почему? - не понимала я. - Откуда мне знать, где они все работают! И вообще что тут обидного? Вот тебе, папа, разве обидно?
На этом вопросе воспитательная тирада внезапно стихла и уступила задумчивой паузе. Папа, видимо, раздумывал, в какую сторону ему определиться со своими обидами. И наконец решил:
- Мне будет обидно, если я зря простою эту очередь.
И пошел в очередь, которая так и не сдвинулась ни на шаг.
Водки в тот раз папа не купил - не хватило. Ему было очень обидно. А над фотографиями он смеялся.

А чтобы никто не подумал, что я это выдумала, вот фотосвидетельства. 1987-й год, пленка, переснято телефоном.



horizonty: (Default)
Friday, April 15th, 2011 02:21
Иду впервые в гости к подруге, переехавшей на другую квартиру.
- Как мне пройти на *такую-то* улицу? - выйдя из метро, спрашиваю маму с коляской. Коляска - явный признак проживания в данном районе: мне представляется странным выгуливать малыша в коляске на другом конце города.
- Я не знаю, - отвечает мама с коляской.
Интуитивно двигаюсь в нужную сторону.
- Вы не скажете, это дом 16, корпус один? - спрашиваю бабушку с авоськой, из которой торчит горбушка. Ведь вряд ли эта бабушка приехала сюда за хлебом из другого района.
- Я не знаю, - бурчит бабушка, развенчивая мои сомнения в возможностях телепортации.
Делаю крюк к торцу дома, нахожу табличку с номером и корпусом. Возвращаюсь во двор, отсчитываю подъезды, на которых нет номеров (дом не новый, таблички оторваны). Из подъезда, обозначенного подругой как "напротив помойки", выходят мужчина с мальчиком.
- Не подскажете, это пятый подъезд?
- Я не знаю.
Мне показалось, что если я на подругином этаже спрошу, 9-й ли это, мне тоже ответят "я не знаю".
В этом городе никто никогда не знает, где находится.
Хожу по Москве с атласом.
Удобно.
horizonty: (Default)
Wednesday, March 23rd, 2011 13:45
Благодаря рассказу [personal profile] dyvo  об особенностях перехода сербской границы в Белградском аэропорту, я вспомнила одну давнишнюю историю, которой, кстати, в этом году как раз 10 лет :). Мои старые друзья ее читали/слышали уже много раз, но в честь юбилея я все равно ее расскажу - для новых друзей и читателей.

В 2001 году я летела в гости к бывшей однокласснице в Париж (Леся - к той самой, которой в паспорте написали «Москва, Югославия» :)). Когда самолет стал заходить на посадку, пассажирам раздали иммиграционные листки – такие желтые бумажки, в которые надо было вписать имя-отчество, гражданство, дату рождения и профессию. Я, конечно, вписала чистую правду, указав в качестве профессии свой тогдашний вид работы – верстальщик, по-французски – metteur en page.
Сели. Аэропорт Шарля де Голля построен так, что из самолета попадаешь на длиннющий эскалатор, упирающийся прямо в паспортный контроль. Я съехала с эскалатора буквально в руки французских пограничников. Взяв мои документы, молодые люди в форме долго переводили взгляд с бумажки на паспорт, с паспорта на меня, и с меня – на бумажку. Я даже подумала – а ну как придерутся, что я на фотографии на себя не похожа! И вдруг один из них строго спросил:
Vous mettez en page votre passport? (вы сами верстали свой паспорт?)
Я опешила. Несколько секунд я так же переводила взгляд с одного пограничника на другого и на свои документы. Мысленно «переперев полечку» на родной язык и непонятно каким локатором уловив шутливый тон спросившего, я машинально выдала:
Oui, bien sur (да, конечно!), – и тут же испугалась, вспомнив Задорнова с его рассказом о европейских таможенниках, лишенных чувства юмора. Но мне повезло. Эти ребята понимали не только свой собственный юмор, но и чужой. Они дружно заржали и, пожелав чудесных прогулок, пропустили меня в Париж.

horizonty: (Default)
Wednesday, February 16th, 2011 02:45
Недавно у меня в квартире что-то случилось с проводкой, и в самых – как бы это сказать – необходимых местах вырубился свет. Ребята-мастера, которые шесть лет назад делали мне ремонт, навскидку решили, что, вероятно, придется менять всю электрику. Они были готовы это сделать, даже привезли мне моток проводов, но радикальная мера в итоге не понадобилась – проблему устранили более простым методом. И хотя меня предупредили, что не стоит торопиться с подготовкой квартиры к очередному бедствию, я с перепугу разгребла антресоль, через которую проходит часть короба, скрывающего провода.

На этой антресоли у меня хранятся старые виниловые пластинки, которые уже не на чем слушать а-выбросить-жалко, и кассеты, которые пока есть на чем слушать, но нет смысла, потому что появились CD, mp3 и торренты. И вот во время очередного взятия стремяночной вершины из порвавшейся картонной коробки выпала кассета. На торце было напечатано (я любила аккуратные кассеты и всегда делала вкладыши переписанным кассетам): «Валерий Мызников и группа Джинсы».

Я нахмурилась. Я не помню, чтобы я слушала что-то с таким дурацким названием, которое совершенно не соответствует моим музыкальным интересам кассетного периода. Но в памяти как будто что-то медленно закрутилось, зашуршал «жесткий диск»… и все-таки выдал. Где-то в середине девяностых одна моя подружка любила ездить в студенческий лагерь в Крыму. Помню ее страшные рассказы про дождливое лето с мокрыми постелями в деревянных коттеджах и очень смешные фотки с молодежной толпой в 20 человек, набившихся в трехместный домик. Она привезла оттуда кассету с записью студенческой группы, которая пела рок-н-роллы про бомжа Данилу, девочку в вельветовых клешах и мистера Вечер, который не любит незнакомых. По-моему, эта группа отдыхала в том же лагере – судя по некоторым текстам про Крым. Тогда мне не понравились эти песни – переписав, я несколько раз послушала их и убрала кассету подальше. А сейчас, читая вкладыш, я вдруг поняла, что именно та самая группа выпала только что из коробки.

Слушать, правда, было некогда, да и ни к чему. Кассета, полежав на полу в комнате, после ухода мастеров вернулась на антресоль. Но «жесткий диск» в голове продолжал крутиться. И хотя здравый смысл подсказывал мне, что мало ли их было, этих студенческих групп, что все они отнюдь не вечны, и эта не исключение и давно почила в бозе, я все же набрала ее в Гугле.

Группа оказалась живучая. Нашлись аккаунты в социальных сетях, где выложены несколько известных мне песен, и три клипа на Youtube. И мне вдруг понравились эти смешные залихватские песни. Особенно про мистера Вечер, который так не любит незнакомых. Вероятно, пристрастия загадочного мистера за годы не изменились – неспроста же недавний вечер подкинул мне старую знакомую кассету.




P.S. Вероятно, мне придется сделать новый тэг – «из ничего и ни о чем».
horizonty: (Default)
Thursday, November 25th, 2010 03:04
... – Знаете, ребят, – говорю я, когда речь вдруг заходит о технике, – а у меня был CD-плеер, который имел обыкновение самопроизвольно включаться. Я еще понимаю, в поезде там или автобусе – от тряски, но когда он это делал дома, лежит себе на полке, и вдруг из его наушников начинает звучать музыка, – это вообще как? Полтергейст, не иначе! – иронизирую я.
– Барабааашка, – смеется один мой собеседник. – А что, вполне себе версия!
– Да? – удивляюсь. – Ты в это веришь?
– Ты знаешь, у меня был такой случай: играл я весь вечер на компе – бывает такое, чо уж там, – а потом пошел спать. Утром включаю комп... и тишина. Не включается. Я думал, блок питания сгорел – но вроде ни запаха, ни дыма нет, ничего такого. Испугался, что хард… Развинтил корпус... а там – шлейф, который втыкается в материнку и защелкивается, так что еще пальцами не сразу отогнешь, из своего гнезда вынут и болтается. Кто его ночью вынул? Я спал, а жена внутрь компа не лазает! ...И еще, хотел взять коробочку, которая лежала на системном блоке. Иду через комнату – и вижу: она подпрыгивает, летит на пол и делает еще несколько прыжков в противоположную от меня сторону…
– Это еще что! – подхватывает мой второй собеседник. – Вот у меня однажды салат пропал! Я, – говорит, – нарезал к Новому году «оливье», такой свежий, такой вкусный, с курицей… оставил на столе... и вдруг нету. На столе нету, в холодильнике нету... Самое прикольное, что дня через четыре он появился. Такой же свежий...

А у вас случалось что-нибудь необычное? Вы верите в барабашек? А в параллельные миры?
horizonty: (Default)
Saturday, May 15th, 2010 16:02
Стоим с друзьями за блинной палаткой, пьем уличный кофе. Один из ребят рассказывает:
- Мой сын все языки считает английским. Недавно в магазине в очереди в кассу стояли, а перед нами два азербайджанца болтают на своем наречии. Сын меня дергает: «папа, папа, смотри, на аГНлийском языке говорят!»
- Ну да, - смеюсь, - я тоже лет в шесть грузинов увидела: мама, смотри, итальянцы!

И тут память совершает загадочный кульбит – я почему-то вспоминаю
вдруг совсем забытые истории из детства.

***
Осень 1982 года. Мы недавно переехали в новый район и едем с мамой в троллейбусе из школы. Я разглядываю в окно нашу пока еще не слишком обустроенную улицу.
- Мама, а как наш район называется?
- Брежневский, - отвечает мама.
Я задумываюсь. Мое молчание мама расценивает как ожидание и продолжает:
- Но он так не всегда назывался. Его совсем недавно переименовали, в честь Брежнева. А раньше он назывался Черемушкинский.
- Почему?
- Ну, наверное, потому что здесь черемуха раньше росла.
Я снова задумываюсь. И с изумлением…
- А ТЕПЕРЬ ЗДЕСЬ ЧТО РАСТЕТ???

***
Мне 4 года, и я, как многие дети, очень хочу собаку. Разумеется, ее в силу различных причин не заводят. И тут показывают "Белый Бим Черное Ухо". Я смотрю, реву, потому что жалко Бима вместе с хозяином, хотя еще толком ничего в их судьбах не понимаю. После фильма начинаю канючить.
- Мама, а давай Бима к себе возьмем! Пускай он у нас живет!..
Мама, которой тоже жалко Бима, но она в отличие от меня понимает, что это только фильм, начинает меня успокаивать:
- Алена, ну как же мы его возьмем к себе? Где мы его поселим? Смотри, какая у нас маленькая комната!..
Я гну свою линию:
- Ну мама, ну давай все равно его возьмем...
- Малыш, у Бима же хозяин есть, Иван Иваныч, он скучать будет по Биму...
Я перестаю хныкать и, озаренная мыслью, выдаю:
- Мам, ну а давай Иван Иваныча тоже к себе возьмем! Смотри как будет радостно: приедет папа из командировки и увидит - у Аленки в кроватке Бим, а у мамы Иван Иваныч!

А вы помните, какие перлы выдавали в детстве?
horizonty: (Default)
Tuesday, September 15th, 2009 01:58
Еду в метро, дремлю под музыку в наушниках. Рядом со мной женщина средних лет разгадывает кроссворд. Точнее, не кроссворд, а сканворд или чайнворд - что там печатают в журналах типа «ТВ-Парк»? Думает моя соседка столь напряженно, что мне едва ли не передается энергия, исходящая от ее закипающего мозга. Кошусь краем глаза в журнал. Больше половины клеточек пустые, но кое-что заполнено. Приглядываюсь повнимательней, читаю формулировку, мелко набранную в одной клеточке: «Песня под окном зазнобы». В соседние клеточки корявым дорожным почерком вписано: серинада.
Не иначе, от слова сериал. Ибо где еще нынче поют песни под окнами зазноб?

К вопросу о русском языке вспомнилось несколько давних историй. )
horizonty: (Default)
Tuesday, July 21st, 2009 21:41
В метро рядом со мной садится пожилая пара. Долго устраиваются, покряхтывая и негромко переговариваясь, располагают сумки под ногами – во всех этих действиях чувствуется основательность: сразу видно, ехать старикам не близко. Поезд тем временем скрежещет тормозами, дергается, но не отправляется, даже двери еще не закрылись.
– Ну, чего стоим-то? – добродушно возмущается дядька. – Я уже сел, а он не едет!
– Ты себе по коленкам хлопни! – советует жена. Я дремлю и почти не обращаю внимания на их разговор, но слух воспринимает интонацию – улыбчивую, теплую. В свои коленки дядька, видимо, не верит, и поезд через пару минут трогается без посторонней помощи.
Покачиваясь и грохоча, состав набирает скорость. Сквозь шум, духоту и дремоту моя память вдруг вычерчивает забытые штрихи далекого детства.

Дальше )
horizonty: (Default)
Friday, May 1st, 2009 06:31
История, обещанная в предыдущем посте.

В 1997 году мы снова отдыхали в лагере под Керчью. А потом, когда кончилась наша смена, отправились в Ейск: в этом городишке на берегу Азовского моря прошли лучшие годы моего детства. Впрочем, «годы», конечно, сказано сильно – это были всего лишь летние каникулы на протяжении всей школьной жизни. Но с тех пор, как мы перестали туда ездить, меня тянуло в Ейск как магнитом – видимо, что-то детское было не конца пережито. Мы приехали туда на несколько дней, поселились у той же старушки, у которой все мое детство родители снимали комнату на лето. Я каждый день бродила по городу, поражаясь изменениям, произошедшим лет за 8, которые я там не была… А потом у нас стали заканчиваться деньги, и мы поняли, что пора уезжать, а то все проедим и не останется даже на билеты. Но под конец августа билетов до Москвы, разумеется, не было. Впрочем, не было вообще никаких билетов в северном направлении. Услуги спекулянтов мы себе позволить не могли, и лучшим вариантом на тот момент оказались билеты до Ростова-на-Дону.

От Ейска до Ростова... )
horizonty: (Default)
Tuesday, April 28th, 2009 20:32

Без паспорта и визы,
Лишь с розою в руке,
Шагаю вдоль незримой
Границы на замке…

Б. Окуджава

Есть минутах в 40 автобусом от Керчи летний бард-лагерь. Чтобы не было вопросов (а то меня однажды спросили, не от слова ли это «бордель»), замечу: бард- он потому, что туда уже много лет приезжают отдыхать барды и завсегдатаи околобардовских тусовок. Конечно, лагерь – это сказано сильно. Это огромная поляна под горой, которую на три летних месяца отдыхающие занимают палатками и прочим туристическим скарбом. Культурная программа широка и разнообразна: каждый вечер, плавно переходящий в ночь (а иногда и в утро) – песни у костра, бардовские концерты, околомузыкальные викторины и диспуты, КВН, капустники, посиделки. Очень много смеха и творчества – и все это на берегу Керченского пролива с узкой полоской песчаного пляжа, над которым каждое утро занимается нежно-розовый рассвет. При внешнем раздолбайстве все очень хорошо продумано: есть разрешение от властей, обеспечена доставка питьевой воды, силами самих отдыхающих организованы централизованное трехразовое питание, медслужба, ночная охрана и срочная доставка в город на автомобилях. Летние месяцы четко делятся на трехнедельные смены, заявки подаются начальнику лагеря с зимы, люди из года в год приезжают в «свою» смену, чтобы развлекать самих себя.

Людей «с улицы» там не приветствуют. Без протекции кого-либо из постоянных отдыхающих на территорию, ограниченную горой с одной стороны, морем с другой и импровизированным шлагбаумом с третьей, не пустят вовсе, в лучшем случае позволят поприсутствовать вечером на культурном мероприятии. Словом, «чужие здесь не ходят» – этакая каста, которая варится в собственном соку.

...Был август 1996 года.  )
horizonty: (Default)
Friday, March 27th, 2009 01:58
Разбирала очередные старые фотографии и нашла вот такой кадр. Этот лучик вместе с нами пришел в единственное кафе города Зарайска.



Ассоциативно - история. )
horizonty: (Default)
Tuesday, December 30th, 2008 01:12
Моя мама работает в одном из крупных московских вузов. Не так давно факультеты пережили структурную реорганизацию, в результате чего на ее кафедру пришли преподаватели с других кафедр. Среди них оказался преподаватель по фамилии Гынин. Над этой фамилией я смеюсь давно, потому что помню одну историю.

Свою трудовую и творческую деятельность я начинала в студенческой газете того же вуза. Коллектив был молодой, преимущественно мужской и веселый до неприличия. К нашей компании иногда присоединялся преподаватель-словесник, пусть здесь его фамилия будет Курочкин. Он писал песни и часто пел их нам под гитару. У меня даже сохранилась кассета с его домашними записями. Но главное в том, что он работал на одной кафедре с Гыниным.

Однажды наш менестрель пришел к нам не с песней, а с рассказом. О том, как в коридоре к нему обратился студент-африканец и произошел между ними приблизительно такой диалог.

С. - Здравствуйте. А вы с *такой-то* кафедры?
К. - Да.
С. - А у нас будут завтра занятия по литературе?
К. - Да, будут.
С. - Я болел. А что мы сейчас проходим?
К. - Я работаю с параллельной группой, мы читаем Бунина. Ваша группа, скорее всего, тоже. Уточните у вашего преподавателя, только сегодня он уже ушел.
С. - Аааа. Ладно. А завтра Бунин придет?
Тут у Курочкина в мозгу случился коллапс, и он надолго замолчал, представив себе призрак Бунина, разгуливающего по коридорам вуза.
А студент не унимался, стал допытываться, придет ли все-таки Бунин на завтрашние занятия?
К. - Дык... вообще-то он давно умер. Еще в 1953 году.
С. - Как умер??? Вы же сказали, что сегодня он уже ушел!
- И тут призрак писателя растворился в моем воображении,- закончил Курочкин. - Не Бунин, а Гынин!!!

Гынин с Курочкиным наверняка давно уже забыли. А я вот помню.
horizonty: (Default)
Thursday, November 13th, 2008 19:29
Самое время в разгар московского ноября взяться разбирать фотографии из отпуска трехлетней давности. Жестокое и вредное для психики занятие, скажу я вам. Но что поделаешь, если понадобилось по работе – отобрать картинки для очередного переиздания. Вредная работа, правда?

Три года назад )



Да. Было здорово. Я опять хочу в Хорватию. Вот.
horizonty: (Default)
Wednesday, November 12th, 2008 00:35
Поменялся у нас намедни исполнительный директор.

Нет, не так. Он просто пришел. Новый. Вместо старого. Поскольку старый уволился с год, а то и с два назад, сказать, что он «поменялся», уже не вполне можно. Все это время мы жили без исполнительного директора. Представляете, какой ужОс? Не сказать, правда, что плохо жили. А очень даже хорошо. Никто не приставал с глупостями типа «все должны ходить на работу» и не мешал мирному течению трудовых будней в домашних условиях. Но тут грянул кризис, и злые американские империалисты заслали к нам в Контору резидента, затем, наверное, чтобы его исполнительно-директорская зарплата залатала дыры в ихней экономике. А что? Вполне себе возможность.
Это я прикалываюсь. Потому что на фоне грядущих массовых сокращений как бюджетов, так и людей новый исполнительный директор выглядит как слон в посудной лавке. Или как пир во время чумы. На выбор.

Впрочем, я хотела не об этом. А просто… вспомнился, навеянный событием, один эпизод. )
horizonty: (Default)
Saturday, July 26th, 2008 04:29
Когда отпуск заканчивается, самое время вспомнить, как он начинался. А начинался он с приключений.

Из пражского аэропорта мне предстояло каким-то образом доехать до Карловых Вар. Заказывать трансфер слишком дорого, и я решила, что поеду на автобусе. Но до автобуса тоже нужно было добраться, и на это небольшое расстояние вполне можно было взять такси - уж очень не хотелось с вещами мотаться на общественном транспорте.

У выхода из зоны прилета меня атаковали таксисты. Точнее, таксистки. Почти на манер «дэвушк, дэвушк, такси не нада?» они буквально подталкивали меня к машине. Для начала я поинтересовалась, во сколько обойдется дорога прямиком до Карловых Вар. Поскольку 130 евро меня не устроило, а «мы можем договориться» означало 110 евро, таксистке пришлось везти меня на автовокзал.

По дороге она... )

horizonty: (Default)
Wednesday, July 23rd, 2008 12:55
Карловы Вары - курорт, куда люди приезжают пить лечебную минеральную воду. Весь центр города - курортная зона с красивыми колоннадами, которые сами по себе достопримечательность, а под их сводами бьют минеральные источники. Гуляя по городу, можно набрать воды в специальную кружку и посидеть на лавочке под крышей, или идти гулять дальше и потягивать водичку прямо на ходу. Кружки на любой вкус и цвет продаются в многочисленных палатках и сувенирных магазинах. Купить такую кружку - первое дело, которое надо сделать по приезде в Карловы Вары и при этом не замучиться проблемой выбора. Потому что вот:



...и это не предел.

Но не кружками едиными... )

horizonty: (Default)
Friday, July 4th, 2008 15:00
Затирала результаты загрязнения матрицы на очередных фотографиях и вспомнила эпизод из редакционной жизни.

Несколько лет назад мы получили из типографии первое издание одной из наших книг. На обложке – красивая фотография: панорама города с колокольни собора, на переднем плане крыша и купола. Прихожу на работу, начальник держит перед собой новую книжку и посмеивается. Подзывает меня. Подхожу.
– Лен, это что?
– В каком смысле? – недоумеваю. – Обложка.
– Нет, вот это что? – тыкает в картинку на обложке.
– Это? – продолжаю недоумевать. – Ну… панорама (называю город).
Начальник хмурит брови, но явно силится удержать серьезное выражение лица и не позволить губам растянуться в ехидной улыбке. Его что-то в этой фотографии смешит, но я не могу понять, что.
– Нет, что такое вот ЭТО, ты мне скажи? – палец начальника очерчивает область на картинке, в которую попадает крыша собора.
– Это крыша собора, – уточняю я.
Начальник, срываясь в буйный ржач:
– Да нет же! Скажи, почему ты не закрасила птичий помет???

...Я до сих пор не знаю – стоит ретушировать правду жизни или нет?
horizonty: (Default)
Monday, June 30th, 2008 21:12
Верно говорят, что псевдоним – явление неслучайное. В том смысле, что псевдонимы выбираются не с потолка, а ПОЧЕМУ-ТО. Они – своеобразное отражение сущности его владельца. Так сказать, зеркало души. И даже если поначалу псевдоним кажется странным, непонятным или вовсе неподходящим, – будьте уверены, рано или поздно владелец его оправдает.

Я долго не понимала, почему моя подруга [livejournal.com profile] foygl выбрала в качестве псевдонима именно это слово. В переводе с идиш оно обозначает «птичка». Но [livejournal.com profile] foygl не умеет летать – естественно, она же не птичка, а человек. У человека есть возможность летать самолетами, но она и этого ой как не любит – только поездами и ползает. Я подшучиваю, мол, «рожденный ползать…» Но, оказывается, я глубоко заблуждалась.

...После того, как... )